Мы поговорили с Риной Гаевой, недавно переехавшей с двумя сыновьями в Таунсвилль, небольшой австралийский город на севере штата Квинслэнд, о том, почему детям нравится ходить в австралийскую школу, почему математика там не так важна, как сторителлинг, и почему аборигены не съели Кука.
Дети не сидят за партами
– Рина, как давно вы приехали в Австралию?
– Мы переехали полтора года назад и старший сын – Себастьян пошел в третий класс по австралийской системе (в Москве бы он пошел в первый), а пятилетний, Эмиль, в этом году пошел в предкласс (преп). Это то, что в России называется нулевкой.
– Малыши в нулевке сидят в классах?
– Там происходит мягкое погружение в учебу. Австралийцы в начальной школе используют подход Walker learning, он в достаточной степени опирается на Reggio Emilia approach – итальянский подход в раннем развитии, который уже известен в России. В классах нет парт, есть зоны – здесь мы конструктор собираем, а здесь про растения узнаем, а в этой зоне – музыкой занимаемся. Занятия всегда идут через игру, квесты.
Сейчас Себастьян уже перешел в 4-й класс. Здесь все не так, как в России. Австралия живет «вверх ногами», поэтому школа начинается в конце января и получается, что, например, мой сын 2015 года рождения, майский, и он пошел в 3 класс. А, если бы он родился во второй половине 2015 года, в октябре, например, то он бы оказался во 2-м.
– В конце января учеба стартует из-за жары?
– Скорее из-за зеркального отражения сезонов. Потому что в декабре – феврале тут лето и получается, что по-нашему, учеба начинается в августе. И что странно было для меня, здесь нет как такового Первого сентября. Учебный год начинается в последний понедельник в январе, какое бы число это не было. По-крайней мере так в нашем штате Квинслэнд. В Сиднее (другой штат) в этом году начали учебу 1 февраля. Да декабрь-январь – это самые жаркие летние месяцы по всей Австралии, особенно в том месте, где мы сейчас находимся. Мы живем в тропическом климате, намного ближе к Экватору от Сиднея и Мельбурна. Здесь все в шортах ходят круглый год. За полтора года не купили ни одной кофты с длинным рукавом.
Учебный год делится на 4 четверти и заканчивается в начале декабря, дети уходят почти на 2 месяца на рождественские летние каникулы. Пасхальные весенние, зимние и осенние каникулы все ровно по 2 недели.
– А как у детей было с английским, когда вы приехали?
– У младшего вообще никакого английского не было, старший ходил на курсы в Москве, и в нашем, московском понимании, он что-то знал. Но реального разговорного английского, конечно, не было. Себастьян не высказывал страхов по этому поводу, потому что он очень коммуникабельный и был уверен: пойдет в школу и, погрузившись в среду, начнет говорить. Так и произошло. В итоге, к декабрю прошлого года, когда закончился 3-й класс, старший очень набрал в разговорном английском, но с письменным было несколько хуже. Дело в том, что в английском языке многие звуки состоят из двух-трех букв и не всегда звучат одинаково. Поэтому первый год он действовал по принципу: как слышишь, так и пишешь. Например, если в слове cook (готовить) надо писать двойное «о», то он писал, как слышал, «u» (сuk). Для него было очевидней, когда буква соответствует звуку. Но сейчас, в 4-м классе, он работает над правильным спеллингом: пишет словарные диктанты.
У младшего сына в школе случилось то же самое погружение. Хотя он и не такой общительный, но это не мешает ему идти по программе вместе со всем классом. Первый год после переезда он сидел со мной дома (детский сад тут по цене крыла самолета) и по-английски почти не разговаривал. Но весь год мы ходили на разные занятия в музее, галерее, библиотеке и, отдельно хочется выделить, в play group. Это интересная разновидность раннего дошкольного развития, где родители с детьми вместе проводят время в обучающей среде на территории школы. Плюс за полгода до преп-класса, школа раз в месяц проводила transition session, когда дети без родителей один час занимались в тех классах и с теми учителями, которые их ожидали в будущем учебном году. Поэтому Эмиль максимально мягко был подготовлен к тому, чтобы пойти в школу в пять лет. Они сразу начали учить звуки (не алфавит) и пробовать их произносить, писать и читать одновременно. После первой четверти Эмиль читает тонкие книжки, где короткие предложения, состоящие из 4-5 слов, и где слова, в свою очередь, из 3-4 букв. Что касается понимания и разговоров на английском со сверстниками, то процесс адаптации и выхода из шока погружения в абсолютно англоязычную среду (где нет помощи с переводом), занял где-то 2-2,5 месяца.
– Были ли отдельные занятия английским или их сразу погрузили в учебу, как всех остальных?
– Себастьян сразу окунулся во все школьные занятия. Но, в течение года, руководитель по инклюзии забирала его с уроков в отдельную группу, где объясняли, какие сочетания букв передают какие звуки и учили читать. Фактически это то, что сейчас в препе проходит мой младший.
Единственное, о чем я прошу учительницу сейчас, это присылать мне названия книг, которые они читают, чтобы заниматься этим и дома. Вот вчера они начали читать Роальда Даля. На уроке сын общий смысл книги схватывает, но какие-то тонкости – нет. Мы будем Даля перечитывать дома, и я помогу ему с пониманием. Параллельно, мы ее и на русском прочтем.
Что такое австралийский английский
– Отличается ли австралийский вариант английского языка от традиционного британского?
– Произношение, которое идет не от американского английского, а от британского, конечно, сильно отличается, а грамматика – такая же. Еще у австралийцев принято многие слова сокращать. Брэкфест- бреки, Мак Доналдс – Маки, авокадо – аво. Они сами над собой подтрунивают. Есть еще идиомы, которых больше в Австралии, чем в Британии. Разговорный язык чуть отличается, а письменная речь нет.
– Ваши дети будут билингвами? Как вы собираетесь поддерживать русский язык?
– Я принципиально общаюсь с детьми только на русском. Между собой, когда они полностью освоят второй язык, возможно, они будут говорить по-английски. Скорее всего, это неизбежно. Себастьян занимается онлайн «Страноведением» в школе Юлии Амлинской «Калейдоскоп», в группе дети из разных стран с разным уровнем русского, но ему очень интересно. Математику я ему объясняю на русском, так что термины он осваивает на двух языках. Кроме того, он занимается по тетрадкам начальной школы для билингвов, которые разрабатывает Надежда Rosinka.tokio, живущая в Японии. Очень удобно, методологически все ясно. Эмиль учится читать по-русски по пособию «Вместо букваря», той же Rosinka.tokio. По вечерам смотрим что-то на русском, перед сном читаем книги на русском. Еще из России привезли колонку Алиса, и мальчишки много слушают аудиокниг, сказок и энциклопедий. Есть надежда, что русский сохранится.
Царица наук в Австралии – сторителлинг
– В чем отличие австралийской системы образования от российской? Что Вам нравится, а что нет?
– Базовая система австралийского образования – британская. Здесь в основе всего развитие любознательности и мягких навыков 4К (креативность, коммуникация, командная работа и критическое мышление). Каждый две недели родителям присылают табличку по их ребенку: чего хотелось бы достичь, что можно сделать дома. Домашки нет.
Еще отличие от российской системы: в России считается, что математика это царица наук. А здесь царица наук – это сторителлинг. То есть, умение изложить свою мысль. Этому уделяется намного больше времени, чем математике. У них даже физкультура состоит из двух частей: они не только прыгают и бегают, но еще и должны объяснить, для чего это делают.
– Боже, что бы я могла объяснить учителю в советской школе, для чего я прыгаю через козла?
– А в Австралии ребенок должен обосновать, как это влияет на его здоровье. И зачем ему, например, эти скакалки. Объяснять нужно и то, что можно и что нельзя употреблять в пищу. По всей стране родители утром собирают детям ланч-бокс на весь день, в школах столовых нет. И тут существуют ограничения и рекомендации: нельзя приносить орехи, потому что у многих аллергия, не стоит упаковывать еду в пластиковые пакеты. В каждом ланч-боксе должен быть – brain snack, что-то для ума, то, что содержит протеины, или фрукты, а не просто сладкое/мучное. Такой здоровый подход. И самое главное, что ребенку все это нужно уметь объяснить письменно. То есть школьник должен обосновать, свои действия.
Британская система образования – это про эссе, про умение излагать свои мысли. В первой четверти 4-го класса Себастьян и его одноклассники вели дневник от имени мальчика, их сверстника, но жившего 200 лет назад в начале XIX века. Так сын потом на каникулах описал какую-то свою историю от имени и в стиле этого героя. Уже освоил и жанр, и лексику. Там, если ты не одолел жанра эссе, тебе потом очень сложно будет попасть в австралийский, европейский или американский универ.
Поэтому, традиционно считается, что к нашему 5-му, а их 7 классу (high school) они не так хороши в точных науках, зато хороши во всем, что касается обоснования своей позиции по любому поводу. Меня поразила история моего крестника, который со своими родителями жил в Абу-Даби (они были там по контракту). Когда ему исполнилось 5 лет, он пошел в международную школу и к концу 1-го класса уже писал обоснование, почему может быть старостой класса. В Австралии то же самое.
Как устроена австралийская школа
– Ваши дети учатся в государственной школе?
– Да. И для государственных, и для частных школ действует единый Австралийский учебный план (The Australian Curriculum). Это общие программы обучения для всех школ, утвержденные на федеральном уровне для всех штатов (они здесь, как и в США, имеют большую самостоятельность, чем у нас регионы). Но с помощью каких материалов раскрывать эту программу – право учителя. Разница между частными и государственными школами – количество учеников в классе. В государственной – не больше 24 учеников, в частных обычно 12-15.
Еще одно отличие от российской школы – учителей и детей здесь ротируют каждый год. У них нет такого, чтобы класс оставался неизменным все годы учебы.
– А зачем это нужно?
– Возможно, это нужно для предотвращения буллинга. Изменение состава учеников в классе помогает избегать длительных конфликтов. Ротация учителей нужна и для того, чтобы не было любимчиков или, наоборот, угнетаемых. Обратная сторона этого в том, что не получается закрепить дружбу «на всю жизнь». Я стараюсь поддерживать коммуникацию детей вне школы: созваниваться с родителями, встречать детей, организовывать совместные игры, пикники.
Нет общих родительских собраний и чатов, кстати, тоже нет. Есть специальные приложения, где учителя или администрация вывешивает анонсы. Раз в полгода – специальные дни – «встреча на троих»: учитель – родитель – ученик. Можно записаться к любому учителю или специалисту и индивидуально все обсудить. В прошлом году на таких встречах еще обязательно присутствовала специалист по инклюзии.
– Как складываются отношения детей в классе?
– В школах есть отдельный специалист по благополучию и самочувствию (Wellbeing/Health specialist). Он помогает разруливать сложные ситуации. Есть еще многоступенчатая программа поддержки и выхода из таких ситуаций как буллинг, включающая приходящих извне специалистов и работу с семьей ученика. В школе каждые две недели проходит общее собрание всех классов, типа линейки. Ученики поощряются сертификатами.
Плюс есть дни в классе, когда каждый может самопрезентовать себя (focus-student day), рассказать о своих хобби, достижениях вне школы, поездках, о чем угодно.
При решении конфликта первая инстанция – это учитель, никаких встреч и выяснений отношений между родителями напрямую. Я очень часто и понятия не имею, кто чей родитель, так как, повторюсь, никаких общих родительских собраний нет, сравнений между детьми – тоже. Себастьян, конечно, знает, у кого какие оценки, но, в целом, так как на этом не акцентируют внимания, я от него ни разу об этом не слышала. В прошлом году у Себастьяна была какая-то стычка с мальчиком, я написала учителю, и сразу все это разрешилось. В этом году ему поставили минус по поведению, и он уже сам писал длинное письмо-апелляцию в оправдание своих действий. В целом, по ощущениям, все максимально мирно выходят из кризисных ситуаций. Премьер-министр Австралии все время подчеркивает «Мы миролюбивая нация» (We’re a peace-loving nation). Это транслируется и через систему образования.
Школа детям нравится: там не скучно
– Как строится школьный день?
– Почти во всех школах занятия с 9 до 3-х. Это основной блок, который делится так: два часа, два часа и час. Две перемены по полчаса. Я спрашивала учителей: разве возможно два часа ребенка в классе держать? Они отвечают: мы и не держим. Учитель сам решает, как организовать это время, причем внутри есть маленькие брейки, детям дают возможность перекусить, пройтись. И все учатся не за партами. Но со второго класса парты в классах стоят и это выбор ученика, как и где ему сидеть.
Я спрашиваю Себастьяна: какие у тебя предметы? Он рассказывает: приходил мистер Хоу, и мы занимались физрой, потом что-то записали. На математике ходили по классу – изучали углы острые и прямые. Они не решают примеры в течение двух часов, это разнообразные занятия. Есть HASS – предмет объединяющий гуманитарные и социальные науки, в этом году это в основном география, история, обществознание.
Вышеупомянутая история про мальчика из 19 века – это и по английскому, и по HASS. Так как это часть большой общей темы про индустриальную революцию. LOTTE – смешно расшифровывается язык, любой другой кроме английского. В их школе – это японский. В школе есть комната, где стоят где-то 20 аквариумов, в которых нет ни одной, знакомой нам рыбы. Ведь рядом, если часов пять проехать, находится Большой Барьерный риф и, там эпицентр всех рыб на свете. Здесь проходят занятия по Sience (науке). В каждом классе какая-то живность. Кроме того на территории школы курицы, попугаи, ящерицы, геконы. В препе в специальном контейнере идет процесс окукливания, скоро появятся огромные тропические бабочки. Дети постоянно что-то выращивают или кого-то кормят.
В австралийской школе воплощается в жизнь такое понятие, как Experiential learning, когда все познается через свой опыт или обучение через размышление о действии. Мне кажется, что это очень перспективное направление развития современного образования. Школа детям нравится: там не скучно.
Сколько стоит собрать ребенка в школу
– Сколько денег уходит на школьное образование?
– Государственная школа бесплатная. В начале года мы заплатили 100 долларов за вспомогательные материалы. Это получается 10 долларов в месяц. Собрать ребенка в школу в нашем городе – две футболки, две пары шорт, панамки, рюкзак, кроссовки – это минимум 200 долларов. И плюс еще 100 долларов и тебе присылают большую коробку с канцелярскими материалами, которую ты сразу относишь в школу и больше об этом не думаешь. Дети не носят домой ни пеналы, ни ручки, ни учебники. Кстати, как таковых и учебников нет. Есть дидактические материалы, выбор которых зависит от учителя. Наверное, будут какие-то проекты, хотя те которые Себастьян делал в 3-м классе, готовились только в школе. Мне только сообщали: сегодня у вашего сына презентация, приходите. Все приходят, смотрят, слушают, обязательно задают вопросы и пишут отзывы.
Что касается дополнительного образования, то здесь начинаются реальные расходы. Например, в стране нет отдельных музыкальных школ. Но в школе можно за плату, в районе 200 долларов за семестр, выбрать инструмент и заниматься. Частные уроки вне школы стоят 40 долларов за 30 минут. Меня это удивляет и честно говоря, раздражает. Больше не стоимостью, а странно коротким временем занятий.
А все-таки аборигены съели Кука?
– Надо сказать, что из Европы не совсем ясно, какое социальное устройство в современной Австралии. Здесь есть понятие первой нации – это аборигены. Цивилизация австралийских аборигенов старейшая из сохранившихся на Земле, существует где-то 65 тысяч лет, из которых 40 тысяч – в неизменном виде. Она древнее месопотамской. Но вследствие европейской экспансии в конце 18 века местное население сильно поредело, и было вытеснено с их исконных земель. В настоящее время в Австралии есть три официальных флага: Государственный флаг Австралии, Флаг австралийских аборигенов и Флаг островитян Торресова пролива. Они везде висят вместе и в школе тоже. Также любое мероприятие начинается со специального обращения – Признание земли, где участники признают традиционных хранителей земли, на которой происходит это мероприятие. И выражают своё почтение культурам аборигенов и островитян Торресова пролива, а также их старейшинам прошлых и настоящих поколений. В нашем городе мы почитаем народ Вулгуркаба из Гурамбилбарра и Юнбенун. Джеймс Кук был величайшим исследователем и вроде бы его не съели, а убили на Гавайских островах. А вот высадка первых британских флотилий в конце 18 века привела, конечно, к необратимым последствиям для коренного населения.
– А какой национальный состав в классе?
– В нашей школе в основном австралийцы, потомки иммигрантов, прибывших из Британии, Ирландии, но состав во многом определяется районом проживания. В Таунсвилле большая индийская диаспора, но не в нашем районе. А Сидней, на мой взгляд, стал филиалом Пекина. Я дружу с японской мамой, с британской, с украинцами, собрала небольшое коммьюнити русскоязычных мам и тех, кто интересуется нашей культурой.
– А те, кто были до Кука, первая нация, где учатся?
– У нас в основном ирландцы, шотландцы, мальтийцы. Аборигенов в нашей школе почти нет. Состав класса, конечно, очень зависит от района. Мне кажется, на материке существует две страны – мир аборигенов, которые очень плохо ассимилированы, и иммигрантов. Я даже хочу написать пьесу на эту тему. В XX веке детей аборигенов изымали из их родных семей и отдавали в специальные интернаты на обучение, у представителей первой нации не было прав и они не участвовали в переписи населения. Сейчас аборигены получают массу привилегий и субсидий, но и это не помогает гладкому процессу их социальной инклюзии. Есть очень специфические районы, не Гарлем 80-х в Нью-Йорке, но что-то похожее.
Крокодилы, кенгуру и казуары
– А вы купаетесь в океане?
– Да, сегодня утром с Эмилем ходили.
– Морские гады не могут напасть?
– Здесь от ядовитых медуз и всякой мелкой живности все огорожено сетками, и есть месяцы, когда ставят знаки, что купаться нельзя. Везде стоят бутылки с уксусом, которым надо поливать себя, если медуза все-таки ужалит.
– Акулы?
– Акулы южнее, ближе к Сиднею. У нас в основном крокодилы и змеи. Нередко утром выходишь на набережную, а там знак ставят: Осторожно! Был замечен крокодил.
– А сумчатые присутствуют в вашей жизни?
– Да. На ветках коалы висят. Правда. Кенгуру скачут по дорогам. Вдоль дорог за городом везде предупреждающие знаки, как у нас о коровах или оленях, так здесь о кенгуру или казуарах. Казуары – очень опасные, огромные птицы с рогом на голове, сильнее страусов. В городе опосумы на деревьях, какаду на проводах, питоны и вараны в кустах. На меня дважды нападали птицы, типа наших сорок (они тут огромные, как наши вороны). Это случается в сезон высиживания птенцов. Еду на велике, а меня сзади такая птица атакует. Только тогда я поняла, зачем австралийцы в велосипедный шлем втыкают пластиковые стяжки. Это отпугивает птиц. Были смертельные случаи. В общем, Хичкок.
Беседовала Наталья Иванова-Гладильщикова